войти кнопки соц.сетей
2 апреля 2015 в 00:06

История рода в судьбе страны. Староверы на Печоре.

Северная сокровищница былинной старины

Наши пращуры создали на берегах Печоры и ее притоков уникальный культурный анклав, не имеющий аналогов в мировой истории. Через былины этот грандиозный народный эпос землепашцы, охотники и рыбаки передавали из поколения в поколение, делились своими сокровенными знаниями о культуре и традициях великого русского народа, населявшего с незапамятных времен огромные пространства на Азиатской и Европейской частях современной России.

былинный город Румбов

сказитель былин Рябинин

Нам же усердно пытаются доказать, как ленив и малограмотен русский народ был в стародавние времена и насколько невежественен он в настоящее время. Вступать в полемику с подобного рода эстетами, я думаю, нет смысла, необходимо фактами доказывать обратное, опровергая безосновательную хулу.

Для меня эта тема носит личный характер. Мои предки по линии отца проживают в Ижемском районе, бабушка родилась в селе Мохча, родственники со стороны деда жили в Нарьян-Маре, а еще раньше в Пустозерске (теперь этого населенного пункта нет на карте России). Один из рода Лудниковых был купцом, имел пароходы на Печоре. И потому все, что связано с этим краем мне интересно и дорого.

Перелистывая журнал «Православные храмы» №8 за 2012 год я наткнулся на интереснейшую статью, называется она «Сказитель».

В ней рассказывается, что никому не известный молодой чиновник канцелярии Олонецкого губернатора Павел Николаевич Рыбников из-за разыгравшейся бури оказался на небольшом островке Шуйнаволоке, что в Онежском озере. Здесь-то и состоялось его знакомство с человеком, сокровенные знания которого, поведанные Рыбникову в форме старин (былин) и записанные им, буквально взорвали научный и культурный мир Санкт-Петербурга и Москвы. В русской фольклористике произошло событие, которое без всякого преувеличения можно отнести к крупнейшим открытиям мировой науки XIX столетия.

Оказывается, этим самым фольклористам было совершенно неведомо, что в народе существует целая плеяда сказителей старин, которые бережно хранят и передают из поколения в поколение бесценные знания своей истории и культуры посредством устного пересказа. Именно в той форме, которую труднее всего сжечь и уничтожить многочисленным «писакам», перекраивающим русскую историю. Общепризнанный факт, что небезызвестные Миллер, Байер и Шлецер, ученые немцы, приглашенные в 18 веке Екатериной II, собирали по монастырям рукописи, которые затем уничтожали, а на свет появлялись писания, утверждающие, например, что династия Рюриковичей ведет свое начало от викингов.

Так вот, совсем рядом с Петербургом в Олонецкой губернии жили хранители сокровенного знания своего народа, а ученые об этом ничего не знали. И вот в 1861 году вышел первый том «Песен, собранных П. Н. Рыбниковым». О впечатлении, произведенном им в ученом мире, А. Н. Пыпин писал, что это «было изумление и даже недоверие».

В то время, когда эпическая традиция считалась почти повсеместно утраченной в России, когда не только былины, но и гораздо более поздние произведения - исторические песни и баллады приходилось собирать буквально по крупицам, Павел Николаевич Рыбников публикует монографию, в которой только от Трофима Григорьевича Рябинина было записано 26 былин, состоящих из 6000 стихов.

Рыбниковым была открыта настоящая «Исландия русского эпоса», в которой древняя былина сохранилась в необычайном богатстве и небывалом сюжетном многообразии. Впервые ученые получили возможность изучать эпическую поэзию не как некую остаточную традицию, донесшую до новейших времен смутные отголоски древних эпох, а как вполне очевидный факт современной народной поэзии. Уникальные материалы были найдены не записанными на древних манускриптах, а представлены их хранителями - сказителями «северных рапсод».

Павел Николаевич вспоминал о первом впечатлении, произведенным на него искусством сказителя: «Напев былины был однообразен, голос у Рябинина не очень звонок, но удивительное умение сказывать придавало особенное значение каждому стиху. Не раз приводилось бросать перо, и я жадно вслушивался в течение рассказа… Где Рябинин научился такой мастерской дикции: каждый предмет у него выступал в настоящем свете, каждое слово получало свое значение!».

Приглашенный в столицу заонежский сказитель выступил 3 декабря 1871 года на заседании Отделения этнографии. По отзывам современников, это выступление явилось наиболее ярким культурным событием сезона, в зале Географического общества, где оно проходило, яблоку негде было упасть, и многие слушали старика-певца стоя.

После выступления Рябинину вручили денежное вознаграждение и особый дар от великого князя Константина Николаевича – серебряный кубок. Александр II пожаловал Трофиму Григорьевичу Рябинину медаль «За полезное».

Устная память далекого прошлого - «веков минувших» - быть может, самое великое чудо народной культуры, чудо, мимо которого можно легко пройти, не заметив, не поняв, не ведая даже, что, например, вон тот одинокий старик-рыбак или та улыбчивая тётка хранят в памяти своей предания великой киевской старины, ежели не еще более древние, от седых изначальных веков бытия наших далеких пращуров.

Известный русский славист А. Ф. Гильфердинг, побывав летом 1871 года в Олонецкий крае, повторив маршрут П.Н. Рыбникова, сделал записи от 70 «рапсодов» (сказителей) увековечив на бумаге 322 текста, в том числе 270 былин.

Громкий успех изданий Рыбникова и Гильфердинга способствовал резкой активизации собирательной деятельности в самых разных областях России.

Большой интерес фольклористов к поиску новых очагов бытования эпоса на севере России в конце XIX века подтолкнул Николая Евгеньевича Ончукова (фольклорист, этнограф, журналист и издатель, действительный член Императорского русского географического общества) к поездке на Печору

Печора поразила Н. Е. Ончукова обилием неожиданно открывшегося ему, неизвестного ранее науке эпического материала. Былинная поэзия жила здесь еще полной жизнью, была органической частью быта местного населения Общий результат этой поездки чрезвычайно высок – записаны 82 былины, 15 духовных стихов, 44 песни и 50 сказок.

Былины в начале 20 века были неотъемлемой частью жизни печорцев. Хорошие рассказчики высоко ценились на Печоре. Во время осенней ловли рыбы всякая артель стремилась «залучить» хорошего старинщика или сказочника. В хороших старинщиках такая потребность, что они пользуются некоторыми преимуществами, им, например, не поручают особенно трудную часть работы, и они делают в артели то, что обыкновенно исполняют малолетние и подростки. При разделе сказителю, особенно угодившему своими стараниями артели, дается лучшая часть добычи.

В 1929 году на среднюю Печору, в те места, где производил в свое время записи былин Николай Евгеньевич Ончуков, была направлена комплексная искусствоведческая экспедиция, организованная Государственным Институтом истории искусств. Результат этой экспедиции в области эпического наследия в чисто количественном отношении был достаточно высок - было записано 54 былины от 21 сказителя.

Собиратели отмечали, что былины пелись как во время домашней работы, так и на промыслах. «И сейчас на промыслах, в лесной избушке, между делом, в праздник особенно, старинами, сказками и песнями забавляемся», - рассказывал известному собирателю былин Анне Михайловне Астаховой известный печорский сказитель Еремей Чупров. Старинщики лучшие или худшие были в эти годы практически в любой деревне. За годы работы собирателей «старин» на Печоре было зафиксировано 113 сказителей.

Былина на Печоре жила в близком соприкосновении с рукописной книжной традицией.

Усть-Цилемский район Республики Коми, охватывающий селения по берегам Печоры и ее притоков - Пижмы, Цильмы, Нерицы, является одним из уникальных «заповедников» не только былинной традиции, но и старинной книжности. Старообрядческое население печорских, пижемских и цилемских сел в течение ХVШ-Х1Х вв. создало свою школу кириллического письма, сформировало разнообразный по жанрам фонд средневековых и старообрядческих литературных и публицистических сочинений в рамках семейных крестьянских рукописных собраний, которые передавались из поколения в поколение.

Археографическое открытие Печоры связано с именем заслуженного деятеля науки РСФСР доктора филологических наук Владимира Ивановича Малышева (1910-1976гг.). Показательно, что целью первой своей поездки в 1934 году на Печору студент Малышев ставит сбор устных преданий о протопопе Аввакуме. В 1937 году к этой основной по-прежнему цели командировки на Север, добавляется новая: «Одновременно я поставил своей задачей ознакомиться со всеми собраниями рукописей и старопечатных книг в городах и селах, вошедших в мой маршрут». В отчете о поездке В. И. Малышевым указано более десятка имен устьцилемских хранителей рукописной старины, отмечены наиболее ценные в научном отношении рукописи.

Систематическое обследование Печоры ученому удалось начать только в 1949 году. С этого года Нижняя Печора надолго становится основным районом полевых археографических разысканий Пушкинского Дома АН СССР (ныне РАН). За четверть века (последняя экспедиция ИРЛИ была в 1973 г.) археографы выезжали сюда 15 раз, находки Малышева и его учеников составили 716 рукописей XV—XX вв. Всего же в Устьцилемском и Устьцилемском Новом сборниках Древлехранилища ИРЛИ РАН сосредоточено сейчас 787 рукописей XV—XX вв. В основном это рукописи, найденные в Усть-Цильме и на Пижме, меньшая их часть привезена с Цильмы и деревень бывшей Пустозерской волости. В. И. Малышевым были учтены только в Усть-Цильме с ближними деревнями и на Пижме 84 местных книжника, из которых почти половина располагала в конце XIX - первой трети XX вв. собраниями в несколько десятков рукописей и книг.

Самым трудолюбивым и талантливым из печорских книжников-переписчиков был устьцилем Иван Степанович Мяндин, хорошо владевший современной ему письменной речью и одновременно понимавший все тонкости архаического языка старинных рукописей.

Увы, время вносит свои коррективы, все меньше становится знатоков былинной и песенной культуры, молодежь привлекают иные ритмы, иные герои.

Мне кажется, в сложившейся ситуации уже государство в лице чиновников от культуры должно проявить заботу о сохранении и развитии самобытного ни с чем не сравнимого культурного наследия наших предков. Негоже уподобляться нам «Иванам не помнящим родства».

Николай Лудников.

Фото по сети Интернет.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru