войти кнопки соц.сетей
Последние публикации
6 марта 2015 в 21:28

История рода в судьбе страны. Великопоженская трагедия. Продолжение.

Уроки истории. С Большого Московского собора (1666 – 1667 гг.), на котором были преданы анафеме противники церковных реформ, начинается по утверждению А.В. Карташева особая история старообрядческого раскола.

12 декабря 1667 года в Пустозерск привезли одного из руководителей старообрядчества протопопа Аввакума и двух его сподвижников – соловецкого инока Епифания и симбирского попа Никифора. 20 апреля 1668 года доставили и проповедника раскола дьякона Федора. Пустозерск таким образом стал идеологическим центром борьбы за старый обряд.

река Пижма.

В Коми крае старообрядчество первоначально появилось среди жителей Нижней Печоры. Устьцилемцы, бывая по раз¬ным делам в Пустозерске, могли каким-то образом поддерживать контакт со ссыльными, воз¬можно, они и были теми «верными» людьми, с помощью которых послания Аввакума распространялись по Руси.

Ссылка раскольников в Пустозерск продолжалась и в последующие годы. Известно, например, что сюда на вечное поселение были направлены руководители выступлений астраханского казачества: старообрядцы

Якушка Федоров, Пашка Юрьев и другие. Немаловажную роль в укоренении раскола на Нижней Печоре сыграло бегство старообрядцев с Пинеги, Мезени, Устюга, центральных районов царской России. Беглецы оседали в Усть-Цильме или рассеивались по Нижней Печоре и ее притокам.

Скрываясь от преследования властей, в 1715 году в Усть-Цильме на Печоре под видом промысла рыбы поселились мезенские крестьяне-староверы Бобрецовы, Антоновы и Кирилловы. Так как в Усть-Цильме был некоторый контроль над старообрядцами, они удалились отсюда на берега Пижмы Печорской и в 100 верстах от её устья усмотрели довольно красивое, обильное лугами и безопасное от преследования властями место. Позднее сюда переселились другие мезенские и усть-цилемские крестьяне.

Около 1720 года сюда приехал мезенский крестьянин-старовер Парфений Клокотов, уроженец Юромской волости, который до этого пять лет проживал в старообрядческом ските на реке Оме в Мезенском уезде. Вместе с ним приехал выходец из Выговского старообрядческого скита бывший соловецкий старец Феофан. Они организовали на Пижме, на «Великих лугах», старообрядческий скит, который получил название «Великопоженское общежительство, - так пишет В.И. Малышев в «Усть-Цилемских рукописных сборниках XVI–XX вв».

После смерти первого наставника скита, старца Феофана, Парфений Клокотов пригласил на его место с того же Выговского общежительства Ивана Анкидинова, родом из Ростова, который пришел в скит в 1733 году, а сам стал стряпчим и выезжал в разные города, имея паспорт, выданный на Мезени. В тоже время в скит пришла старица Александра, также родом из Ростова. Она была наставницей среди женского населения скита.

Несколькими годами позже в верховьях Цильмы был основан Цилемский Омелинский скит. Также небольшие общежительства староверов возникли по рекам Ома, Вижас, Язевец, Колва и других.

Создавая монастырские скиты, люди строили дома, пахали землю, занимались охотой и рыболовством и тщательно исполняли все церковные обряды. Молитва и труд стали главным их делом. В Великопоженском и Омелинском скитах были основаны первые здесь школы – «грамотницы». В них преподавались письмо, чтение, математика, пение, Закон Божий, диалектика, риторика. При школах находилась специальная книгописная мастерская, в которой переписывались и реставрировались книги. Большинство из них уходило в другие общежительства и населённые пункты. В скитских библиотеках, кроме духовной литературы, были собраны труды по истории, географии, философии, риторике, естествознанию. Из этих староверческих центров просвещения книжная премудрость распространялась по всей низовой Печоре.

Старообрядцы преследовались правительством. Им было запрещено заводить молельни и скиты, совершать службы. Проповедников и укрывателей раскольников отправляли на каторгу. Право на легальное существование имели только официально зарегистрированные старообрядцы, облагавшиеся двойным налогом.

Для поимки старообрядцев в районы их проживания посылались воинские команды. В 1743 году о существовании Великопоженского и других скитов Мезенского уезда ста¬ло известно архангельскому архиепископу Варсанофию. В Мезенский уезд были направлены воинский отряд из 55 солдат во главе с майором Ильищевым и прапорщиком Бородиным, а так¬же представители православного духовенства. Согласно инструкции Губернской канцелярии, экспедиции предлагалось всех пойманных рас¬кольников в колодках отправлять в Архан¬гельск, а скитские строения либо сдать под охра¬ну местных жителей либо сжечь.

«Карательная воинская экспедиция в ноябре того же года на лошадях выехала на Мезень, а оттуда на оленях через Пустозерск в Усть-Цильму, куда прибыла 5 декабря 1743 г. Захватив здесь «потребное число» местных крестьян в качестве понятых, участники экспедиции на оленях выехали в Великопоженский скит на Пижму Печорскую, куда прибыли в ночь на 7 декабря». (Малышев В.И. Усть-Цилемские рукописные сборники XVI–XX вв).

Жители скита, заранее предупрежденные о прибытии экспедиции, все «от мала до велика» забились в высокую бревенчатую двухэтажную часовню. А чтобы члены воинской команды не попали в церковь, собравшиеся здесь раскольники, сломали крыльцо и лестницу, затворив окна и двери, заперлись и приготовились к самосожжению.

Продолжение следует.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru